После клинической смерти Лулу не возвращается к привычному ритму жизни: в каждом шорохе за стеной, в каждом неожиданном взгляде прохожего она чувствует незримое присутствие наблюдателя, а обычные вещи в её квартире вдруг начинают вести себя так, будто за ними стоит неведомая воля. Все попытки списать тревогу на последствия перенесенной процедуры разбиваются о новые, всё более пугающие...
